12252

Нейтральных стран не бывает, или Что дала Украине внеблоковость

В истории независимой Украины еще никогда такого не было, чтобы с ней одинаково не считались и на Западе, и на Востоке. Никогда такого не было, чтобы Европейский Союз выставлял условия (а фактически ультиматум) о проведении двустороннего саммита. Еще никогда не было, чтобы Россия (!) штамповала дипломатические заявления с призывом уважать правосудие.

«Является ли Финляндия нейтральной в вопросе демократии? Нет. Финны — часть Запада, мы западная демократия … Финляндия, возможно, и небольшая страна, но она никогда не была изолированной от мировой политики».

Слова, на которых вчера сделал акцент госсекретарь МИД Финляндии Пертти Торстила во время выступления на международном форуме в Киеве цитирует в своем блоге на Корреспонденте Сергей Солодкий, заместитель директора Института мировой политики. С этой идеи он начинает рассуждение о плюсах и минусах внеблоковости Украины.

«Его идея адресована всем, кто восторгается финским  неучастием в НАТО: не бывает нейтральных стран в выборе ценностей. Вы или демократическая страна, или псевдодемократическая, или уважаете права человека, или игнорируете их, или уважаете свободу слова, свободу собраний, или создаете тоталитарную систему. Во всех этих вопросах: Финляндия — де-факто представитель евроатлантического пространства. Такова была главная мысль и Ганса Видмера, бывшего швейцарского парламентария, который рассказывал о нейтралитете по-швейцарски; об этом говорил и представитель МИД Австрии Герхард Яндль, посвятивший речь акцентам австрийской нейтральности; таков был лейтмотив и шведской дипломатки Ингер Букстон.

Два года Украина находится во внеблоковом статусе. Что дало это Украине? Не пришло ли время пересмотреть решение, которое сделала власть? Институт мировой политики вчера провел международный форум, посвященный проблеме внеблоковости Украины. Выводов два.

Первый: внеблоковость загнала Украину в тупик.

Второй: возвращение Украины к интеграции в НАТО вряд ли возможно в ближайшей перспективе. Бухарестский меморандум Альянса (от 2008 года) оставляет довольно слабую надежду — хотя в нем и отмечается, что Грузия и Украина станут членами Альянса.

В Украине долгие годы спорили-дрались относительно того, стоит ли идти к НАТО, ОДКБ, или развивать нейтральный статус. Киев взялся за конструирование собственной внеблокового модели. Такой, о которой мир еще не слышал. На неофициальном уровне между Украиной и НАТО «внеблоковость» навеки останется в кавычках — как неологизм, как выдумка, а может, и как нонсенс (к последней версии тяготеют в Альянсе, где не признают себя блоком, а потому и не считают возможным существование внеблоковости).

Важность вчерашнего форума заключалась в том, что украинцы могли из первых уст услышать оценки внеблоковости. Прежде всего, от представителей тех стран, которые уже давно сакрализованы людьми, влюбленными в финскую или швейцарскую нейтральность. Но если бы они прислушивались, то, наверное, и не оказались бы в той ситуации, которую переживает сегодня Украина.

В истории независимой Украины еще никогда такого не было, чтобы с ней одинаково не считались и на Западе, и на Востоке. Никогда такого не было, чтобы Европейский Союз выставлял условия (а фактически ультиматум) о проведении двустороннего саммита. Еще никогда не было, чтобы Россия (!) штамповала дипломатические заявления с призывом уважать правосудие. Внеблоковость, задуманная как инструмент изменения конфликтной атмосферы, никак не помогла Украине. Государство было ключевым объектом для геополитических игроков безопасности на шахматной доске. Сейчас название игры изменилось: Украина из важной шахматной фигуры превратилась в нечто вроде мяча, которого футболят все кому не лень …

С одной стороны, с министром иностранных дел Константином Грищенко, который выступил на форуме с ключевой речью, можно согласиться. В Украине наконец вопрос безопасности не является предметом политизации, снято общественное напряжение. Наполнение отношений настолько насыщено, что создается впечатление, будто Украина и не прекращала интеграции. И в вопросе сотрудничества по Афганистану (транспортная авиация), и в вопросе военных учений, и по поводу участия в антипиратской операции «Океанский щит»… Никаких споров не может вызвать и его фокусировки на национальном интересе Украины, который заключается «в присоединении к европейскому сообществу, на приспособлении именно к высоким стандартами ЕС как в экономической, так и в общественной жизни». (Этот пассаж звучал вполне созвучно с заявлениями европейских нейтрально-ненейтральных гостей).

Однако. Можно ли говорить об общественном согласии в Украине вне вопроса о НАТО? Как, например, по языковому вопросу? А как по вопросам политического развития? Сотрудничество с НАТО можно тоже только приветствовать. Но суть сотрудничества с международными партнерами заключается всегда во взаимности: Украина делает сегодня значительный вклад в международную безопасность (является, как модно говорить в экспертных кругах, контрибутором безопасности), однако насколько это помогает усилить безопасность самой Украины? Придет ли Альянс на помощь государству в случае возникновения реальных угроз — ведь Статья 5 Вашингтонского договора, в которой заложен принцип «один за всех и все за одного», распространяется только на членов НАТО? Приближение к стандартам европейского сообщества оставлю без комментариев: каждый сам все видит.

Наверное, дипломатическое ведомство меньше виновато в той колапсовий ситуации, в которой сейчас оказалась Украина. Выход из него зависит не от стараний дипломатов, а от воли одного человека, президента. За десять лет общения с украинскими дипломатами не встречал ни одного, кто бы не верил в то, что Украина должна быть членом ЕС и НАТО. Возможно, так бы и произошло, если бы соответствующего уровня специалисты работали не только в одном внешнеполитическом ведомстве …

Небольшим исключением может быть разве что Александр Чалый (тот самый, который во времена Кучмы ушел из дипломатической службы в знак протеста против втягивания Украины в российские интеграционные проекты), но и он постоянно подчеркивает: я за то, чтобы Украина была в НАТО, разделяла те же ценности, но должны здесь быть реалистами. Правда, реализм — довольно переменная парадигма: сегодня реальность одна, завтра оказывается иной … Реализм заключается не только в том, чтобы подстраиваться под существующие условия, но и в готовности к тому, что эти условия могут измениться (более того — эти условия можем изменить сами).

Вспомните хотя бы времена холодной войны: был ли хоть один политик или аналитик,  готовый к краху Советского Союза? Нет. Генри Киссинджер, которого вряд ли можно заподозрить в непрофессионализме, призвал в своей книге The White House Years («Годы в Белом доме») в 1969 году принять «природу идеологического и геополитического вызова (подразумевался СССР), который продлится еще целые поколения». Впрочем, через двадцать лет наступила новая реальность, к которой никто не был готов …

Не бывает нейтралитета. Бывает равнодушие или недальновидность. Не бывает демократии наполовину. Бывает либо демократия, либо псевдодемократия. Не бывает ничего постоянного; бывает то, что мы сами творим.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.